РЕЛИГИОЗНАЯ ДИПЛОМАТИЯ НА ФОНЕ ПРЕСЛЕДОВАНИЙ: ПОЧЕМУ ТУРЦИЯ ОБСУЖДАЕТ ИСЛАМСКОЕ ОБРАЗОВАНИЕ С ГОСУДАРСТВОМ, ГДЕ МУЖЧИН ПРИНУЖДАЮТ СБРИВАТЬ БОРОДЫ?

РЕЛИГИОЗНАЯ ДИПЛОМАТИЯ НА ФОНЕ ПРЕСЛЕДОВАНИЙ: ПОЧЕМУ ТУРЦИЯ ОБСУЖДАЕТ ИСЛАМСКОЕ ОБРАЗОВАНИЕ С ГОСУДАРСТВОМ, ГДЕ МУЖЧИН ПРИНУЖДАЮТ СБРИВАТЬ БОРОДЫ?

РЕЛИГИОЗНАЯ ДИПЛОМАТИЯ НА ФОНЕ ПРЕСЛЕДОВАНИЙ: ПОЧЕМУ ТУРЦИЯ ОБСУЖДАЕТ ИСЛАМСКОЕ ОБРАЗОВАНИЕ С ГОСУДАРСТВОМ, ГДЕ МУЖЧИН ПРИНУЖДАЮТ СБРИВАТЬ БОРОДЫ? 3 ноября 2026 года Платформа по защите прав человека гражданского движения DAYANÇ / Туркменистан 2 ноября 2026 года председатель Управления по делам религии Турции (Diyanet) профессор Сафи Арпагуш принял делегацию Туркменистана во главе с главным имамом мечети Arkadagyň ruhy metjidi Ялкапом Ходжагулиевым. Как сообщило 3 ноября издание «Бизнес Туркменистан», стороны обсудили религиозное образование, подготовку студентов, стипендиальные программы, обмен религиозной литературой и расширение сотрудничества между профильными учреждениями. Официальная фотография. Представители духовенства. Разговоры об исламских ценностях, историческом наследии и культурном единстве. Но возникает вопрос: насколько искренним может быть разговор о свободе религиозного образования с представителями государства, в котором сама религиозная жизнь находится под жёстким контролем власти? Где мужчина может столкнуться с давлением из-за бороды? Где власти ограничивают независимую религиозную деятельность? Где женщины и девушки, согласно сообщениям независимых СМИ, подвергаются унизительным проверкам? Где государственная лояльность нередко оказывается важнее свободы совести? И почему международные партнёры обсуждают духовное сотрудничество, не ставя публично вопросы о правах верующих? Борода как объект государственного контроля Одним из наиболее показательных примеров вмешательства туркменских властей в личную и религиозную жизнь граждан являются многолетние сообщения о кампаниях против ношения бороды мужчинами. Радио Азатлык и другие независимые источники в разные годы сообщали о требованиях сбривать бороды, проверках внешнего вида мужчин, давлении со стороны полиции и ограничениях, затрагивающих студентов, работников государственных учреждений и других граждан. Подобные сообщения особенно тревожны в стране, где ислам занимает важное место в культурной и духовной жизни общества. Для многих мусульман борода имеет религиозное значение и рассматривается как следование Сунне Пророка Мухаммада. Хотя исламские богословские школы по-разному определяют её обязательность, государство не вправе произвольно навязывать всем гражданам собственные представления о допустимом религиозном облике. И здесь возникает принципиальное противоречие. Как можно направлять делегации для обсуждения исламского образования в Турцию, если внутри страны мужчина может подвергаться давлению за внешний вид, связанный с его религиозными убеждениями? Почему государство, публично демонстрирующее уважение к исламскому наследию, допускает ограничения индивидуальных проявлений религиозной идентичности? Неужели исламские традиции приемлемы только тогда, когда они контролируются государственными структурами? Это уже не просто вопрос внешнего вида. Это вопрос свободы совести, личной автономии и границ вмешательства государства в частную жизнь человека. Борода не должна становиться поводом для полицейского преследования. Государство не должно определять степень религиозности гражданина по его внешности. Контроль над мечетями и духовенством Туркменистан официально является светским государством. Однако светский характер государства не означает права властей контролировать религиозные убеждения населения. Международные наблюдатели неоднократно указывали на государственный контроль над религиозными организациями, регистрацией общин, религиозной литературой и духовным образованием. Комиссия США по международной религиозной свободе (USCIRF) на протяжении многих лет относит Туркменистан к государствам, вызывающим особо серьёзную обеспокоенность в связи с нарушениями свободы религии. В докладах Государственного департамента США также рассматриваются ограничения религиозной деятельности, препятствия для незарегистрированных общин и государственное вмешательство в религиозную жизнь. В этих условиях необходимо задать вопрос: насколько независимы представители официального духовенства Туркменистана? Могут ли они открыто критиковать несправедливость? Могут ли защищать граждан, пострадавших от действий силовых структур? Могут ли выступать против ограничений свободы религии, не опасаясь последствий? Или их публичная деятельность должна оставаться в пределах, установленных политическим руководством? Религиозное служение не должно превращаться в продолжение государственной администрации. Запреты на религиозную литературу и независимое образование Особого внимания заслуживают ограничения, касающиеся религиозных материалов. Международные отчёты описывают государственный контроль над ввозом, распространением и использованием религиозной литературы, а также ограничения независимого религиозного обучения. Именно поэтому планы обмена религиозной литературой между Турцией и Туркменистаном вызывают дополнительные вопросы. Будет ли эта литература свободно доступна обычным верующим? Смогут ли граждане самостоятельно изучать исламские тексты вне государственных учреждений? Будут ли студенты иметь право на независимое религиозное мнение? Или доступ к знаниям останется привилегией учреждений, одобренных властью? Нельзя считать полноценным религиозным образованием систему, в которой государство определяет, кто имеет право преподавать, какие взгляды допустимы и какие формы религиозной практики разрешены. Женщины и девушки: нарушение телесной неприкосновенности Ещё одно серьёзное противоречие между официальной риторикой о духовных ценностях и сообщениями о реальной ситуации в Туркменистане касается положения женщин и девушек. Независимые СМИ сообщали о случаях принудительных гинекологических осмотров и так называемых проверок на девственность. Такие практики не имеют научного обоснования. Всемирная организация здравоохранения, ООН-Женщины и Управление Верховного комиссара ООН по правам человека призвали к их полному прекращению. Принудительные интимные обследования нарушают телесную неприкосновенность, частную жизнь и человеческое достоинство. В зависимости от обстоятельств они могут представлять собой жестокое, бесчеловечное или унижающее достоинство обращение. Как можно рассуждать о нравственном воспитании, когда девушки сталкиваются с подобным вмешательством? Почему моральные требования предъявляются к женщинам, но не сопровождаются эффективной ответственностью чиновников за злоупотребления? Почему религиозные представители не поднимают публично вопрос о защите женщин и несовершеннолетних? Никакая традиция, религия или государственная политика не оправдывает принудительного вмешательства в тело человека. Жертвы насилия и влияние высокопоставленных лиц Особого внимания требуют сообщения о сексуальном насилии, злоупотреблениях должностных лиц и возможном давлении на потерпевших. Правозащитная платформа DAYANÇ документирует обращения граждан, в том числе дело Джерен Алтыевой и её несовершеннолетней дочери. Заявления о насилии, незаконном лишении свободы, давлении на родственников и предполагаемом покровительстве подозреваемым со стороны влиятельных лиц должны проверяться независимыми следственными и судебными органами. Мы не утверждаем виновность конкретных лиц без судебного установления фактов. Однако отсутствие прозрачного расследования и эффективной защиты потерпевших само по себе вызывает серьёзную обеспокоенность. Если государство претендует на роль защитника нравственности, оно обязано прежде всего защищать людей от насилия, а не создавать условия для безнаказанности. Никакое родство с высокопоставленным чиновником не должно давать иммунитет от ответственности. Когда страх перед Бердымухаммедовыми сильнее свободы совести В Туркменистане на протяжении десятилетий сохраняется чрезвычайная концентрация политической власти, а независимые правозащитные организации сообщают о системных ограничениях свободы выражения мнений, объединений и мирных собраний. В таких условиях граждане могут опасаться не только открытой политической критики, но и самостоятельной общественной или религиозной деятельности. Возникает горький вопрос. Неужели в государстве, где ислам исповедует значительная часть населения, люди должны бояться семьи Бердымухаммедовых больше, чем Аллаха? Разве вера заключается в беспрекословном подчинении политическому руководству? Разве духовный авторитет должен служить укреплению культа личности? Истинное уважение к религии невозможно без уважения к совести человека. Никто не должен быть обязан демонстрировать политическую лояльность ради возможности спокойно молиться, изучать религию или следовать своим убеждениям. Транснациональные репрессии: ответственность Турции Сотрудничество с Туркменистаном нельзя рассматривать отдельно от положения туркменских граждан за рубежом. Особенно это касается Турции, где проживают граждане Туркменистана, включая людей, опасающихся политического преследования. Правозащитники сообщают об угрозах активистам, давлении на их семьи, проблемах с паспортами и случаях принудительного возвращения граждан в Туркменистан. Серьёзную обеспокоенность вызывают обстоятельства исчезновения Алишера Сахадова и Абдуллы Орусова, требующие независимого расследования и установления их судьбы. Вопросы соблюдения принципа non-refoulement должны оставаться обязательной частью отношений Турции с Туркменистаном. Религиозное сотрудничество не освобождает государства от международных обязательств в области прав человека. Напротив, общие культурные и религиозные связи должны становиться основанием для большей ответственности за безопасность людей. Вопросы председателю Diyanet Сафи Арпагушу Платформа DAYANÇ обращается к руководству Управления по делам религии Турции с просьбой публично ответить на следующие вопросы. 1. Поднимался ли на встрече 2 ноября 2026 года вопрос о свободе вероисповедания в Туркменистане? 2. Известно ли Diyanet о сообщениях о принуждении мужчин к сбриванию бород и других ограничениях религиозного самовыражения? 3. Обсуждались ли государственный контроль над духовенством, религиозной литературой и независимым религиозным образованием? 4. Какие гарантии предусмотрены для того, чтобы образовательные программы не сопровождались политической дискриминацией студентов? 5. Поднимались ли вопросы защиты женщин и девочек от принудительных интимных обследований и других унижающих достоинство практик? 6. Готово ли Diyanet содействовать диалогу о соблюдении международных стандартов свободы религии в Туркменистане? 7. Будут ли турецкие религиозные учреждения учитывать сообщения о транснациональных репрессиях против туркменских граждан? Мы не требуем прекращения религиозного диалога между народами. Мы требуем, чтобы этот диалог не ограничивался официальными фотографиями и межведомственными договорённостями. Заключение Нельзя говорить о свободе исламского образования, игнорируя сообщения о преследовании мужчин за бороды. Нельзя говорить о духовных ценностях, закрывая глаза на принудительные проверки девушек. Нельзя говорить о нравственности, не требуя защиты жертв насилия. Нельзя говорить о религиозной свободе, если государство контролирует независимые религиозные общины и ограничивает распространение знаний. Нельзя говорить о братстве народов, игнорируя судьбы людей, подвергающихся политическому преследованию и транснациональным репрессиям. Мы обращаемся к турецким религиозным учреждениям с простым вопросом: Вы сотрудничаете ради защиты веры и достоинства человека или ограничиваетесь отношениями с государственными структурами, которые подвергаются международной критике за нарушения этих прав? Мечети, медресе и официальные делегации сами по себе не являются доказательством свободы религии. Настоящим доказательством является возможность человека исповедовать свою веру без страха. В том числе носить бороду, если это соответствует его убеждениям. Свободно молиться. Изучать религиозную литературу. Защищать женщин и детей от насилия. И открыто говорить о несправедливости. Платформа по защите прав человека гражданского движения DAYANÇ / Туркменистан призывает руководство Diyanet и международных партнёров Туркменистана включить вопросы свободы религии, прав женщин, защиты детей и противодействия транснациональным репрессиям в повестку двустороннего сотрудничества. Религиозная дипломатия не должна становиться прикрытием для политического контроля над верующими. Вера не должна служить власти. Государство обязано уважать свободу совести каждого человека. Diana Dadasheva Председатель правозащитной платформы гражданского движения DAYANÇ / Туркменистан Франция Lala Abdyrahmanova Представитель DAYANÇ Турция dayanchcivil.com dayanch.civil@gmail.com

Свяжитесь с нами

Как основа, каждый человек имеет право на защищать и развивать свои права Мы работаем для этого.

Связаться с нами →
Logo